Кризис брачных отношений

Кризис брачных отношений начинается, таким образом, задолго до их оформления из-за существующей системы полового воспитания (а у нас — ее отсутствия), поскольку в результате распространения половой жизни до брака мужчина и женщина имеют основу для сравнения, своего рода опыт и ожидания.

В случае, если брак складывается не в соответствии с ожиданиями, то это быстро выявляется и острее воспринимается. Чувства партнеров охлаждаются, что проявляется во внешних половых и душевных связях, разводе или раздельной жизни. Внебрачные связи во многих семьях приобретают постоянный характер, и в этом случае они не нарушают брачных норм, напротив, становятся для данной семьи и пары естественной нормой.

Возрастные периоды и жизненные кризисы человека (при переходе от раннего взрослого возраста к среднему и т. д.) также нарушают равновесие партнеров, ибо включают в работу переоценки ценностей новые моменты — как морального, так и материального плана.

Очевидно, что кризис отношений партнеров вовсе не гнездится в половой сфере; другими сферами конфликтов выступают хозяйственные вопросы, особенно острые в дефицитарной экономике, финансовые проблемы, воспитание детей и планирование жизни.

О негативных последствиях разводов сказано достаточно много, развод вообще угрожает социальному и психологическому здоровью общества. Однако развод является лишь симптомом кризисного состояния пары, и альтернативой ему может стать не возвращение к домостроевским порядкам патриархальной семьи, а всесторонняя демократизация брака. Иначе говоря, демократизация наблюдается и в выборе партнера, в освобождении от официально прославляемой идеологии любви.

Уже теперь современная женщина вовсе не считает воспитание детей единственным смыслом своего существования, да и современный мужчина резко меняет свое отношение к воспитанию детей. Так что не пресловутая «сексуальная, свобода» женщины взрывает на деле жизнь пары. Свободная (экономически и духовно) женщина просто рационально оценивает свое состояние любви как неизбежную переоценку объекта,— и в этом она уподобляется развитому современному мужчине, освобождаясь от идеологического отчуждения и моральной неполноценности.

Если для Ж.-П. Сартра «другие — это ад» (и особенно «организованные другие»), то для А. Арто «Я есть другой». В этих тезисах афористично выражена та простая мысль, что «Я-концепция» личности формируется в ходе ряда отождествлений с другим и собой: отождествление с собой в то же время является отчуждением от другого. Такой психологический механизм пульсирует в жизни двоих, составляя ее стержень. До тех пор, пока женщина не начинает критически оценивать партнера, сохраняется и ситуация влюбленности, составляющая известную часть брака.

Необходимо заметить, что переоценка качеств партнера (в смысле завышения оценки) во многом изменяется под влиянием его социальных успехов, профессиональных качеств или воображаемых свойств.

Разве не любят часто просто потому, что любят офицера или инженера или другую престижную в иные времена специальность? Такие клише, пропагандируемые самым массовым искусством, составляют момент неосознаваемой самомистификации в любовном выборе. Нищенский выбор из набора стереотипов закрепляют за женщиной приписываемую ей телесность жизни, а за мужчиной — духовную сторону бытия. Несомненно, что современная женщина в ситуации массовой фабрикации любовных образов отстаивает не просто свое право на наслаждение, но право на подлинную, аутентичную любовь.