Программа здравого смысла в жизненномсценарии

Автор создает собственную программу-сценарий, находя опорные камни в прошлом. Это программа здравого смысла, растоптанного историческим развитием нашей страны и существующего в превращенной форме общего и обыденного смысла как продукта коммуникационного сцепления индивидов. Слово «индивид» амбивалентно и в данном случае применяется для обозначения людей как единиц, «винтиков», «суппортов» тоталитарной системы в отличие от индивидуальностей, составляющих социальный организм; хотя индивидуальности тоже могут быть разными при республиканском механизме с рационализированным сознанием людей и при монархическом организме с мистическим сознанием признания прав царствующей фамилии.

В цитированном письме раскрываются глубокие социальные конфликты в их преломлении на семейном, межпоколенном уровне отношений. Можно ли при анализе такой этиологии конфликтов «странного», «потерянного» поколения применять методы психоанализа? И можно, и нужно! Не будем забывать, что речь идет о выраженных языком «дневных грезах», о рационализации сказок и индивидуальных мифов. За рамками анализа остаются сны, а также изучение глубокой связи личностной траектории бытия с социальным положением и социальным воображением личности. Грезы интеллектуала заметно отличаются от грез либерала и интеллигента-почвенника. Но все это истоки и само поле формирования субъективности в ее социальных условиях, а следовательно, и предмет материалистически истолкованного психоанализа.

Тут настоящие виагра отзывы от реальных покупателей виагра отзывы

В самом широком диапазоне — от любви до политики (и собственно — от психоанализа до марксизма) — человек является говорящим, репрезентирующим реальность, а значит и верящим существом. Иного отношения к реальности, кроме веры в нее (при оформлении реальности в качестве объекта), просто не существует.

Представление об индивидуальных сценариях как верованиях позволяет уточнить идеи Фрейда о происхождении неврозов из сшибок между бессознательными влечениями человека и ограничениями нравственного, морального характера.

По Фрейду, бессознательное — это резервуар, где содержится «все зло человеческой души». Подобная метафизика добра и зла идет от Платона, различавшего злые сновидения (коими добродетельный человек и ограничивается) и реальные — злые или добрые — поступки.

Идея сценариев уточняет механизм «бегства в болезнь» в том плане, что добро и зло являются воображаемыми оценками реальной ситуации, отвлеченными от ценностей истины, красоты и веры, а потому оценками утопическими, беспочвенными. Вообще сведение всех реальных отношений к морально-утилитарным оценкам выступает важнейшим признаком утопического мышления интеллигенции и русского большевизма, в частности. На деле же морализация в реализации жизненных сценариев лишь маскирует машинообразный характер поведения индивидов, усиливает сценарную, ситуационную зависимость человеческих чувств и аффектов.

В описанной ситуации причинами, запускающими сценарный механизм в действие, выступают вовсе не моральные оценки садистского или мазохистского характера отношений партнеров в паре, но внешние спусковые стимулы вроде… денег. Последние диктуют потребности, которые не испытываются человеком, да и сами потребности, навязанные деньгами по коду, столь же абстрактны, как сами деньги. Машинообразность отношений и проигрываемых сценариев оказывается не свойством телесной жизни, но признаком «вымершей духовности», привычности к сценарному поведению, отрицающему живое пульсационное начало человеческой связи.

Поэтому отказ от духовности в реализации жизненных сценариев не гарантирует возврат к естественному началу поведения, к заданной в детстве программе и освобождению от неврозов и взаимной тирании; напротив, партнеры попадают в бестрепетное царство машинообразного поведения и реализации властных отношений, подобно неизбежно сцепляющимся зубцами колесам большой социальной машины.

В этом плане индивидов не освобождает и идол века — секс, поскольку сам он становится машинообразным процессом, в котором индивид созерцает как вещь свое вброшенное в процесс тело.