Женская сексуальность

Не подлежит сомнению, что при таком раскладе сексуальность женщин представляет собой значительно более сложное образование, нежели сексуальность мужчин. Действительно, женщина на протяжении жизни меняет объект своей привязанности: из матери он становится отцом, а затем мужчиной, мужем. Перемещаются основные эрогенные структуры — возбуждение смещается в треугольнике: клитор, фаллическая сфера, вагина. Наконец, происходит смена пассивности и активности как реакция на поведение противоположного пола в процессах отождествления и формирования половой идентичности. Эти психологические характеристики находятся под дополнительным мощным воздействием идеологических рассуждений и текстов.

Очевидно также, что реформированный Лаканом и материалистически ориентированный психоанализ может стать одним из тонких средств конструирования целостного человека (человека бисексуального), у которого посредством переноса преодолеваются иллюзии индивидуального и коллективного происхождения.

Именно об этом пишет, на наш взгляд, Л. Сэв: «Если психоанализ должен стать наукой — или одной из наук — о первоначальном структурировании человеческой личности, то есть о тех начальных формах преобразования биологической центрации в социальную эксцентрацию, которое происходит в раннем периоде жизни ребенка под влиянием специфической совокупности социальных отношений,— при условии, разумеется, что эта наука будет опираться на правильное понимание этих отношений,— то в такой науке нет ничего, что не согласовывалось бы с историческим материализмом и не включалось бы весьма логично в общую систему определяемого им комплекса наук о человеке. Более того, такая наука, если учитывать особенности ее объекта, будет вполне естественно в своей области использовать приемы, расходящиеся с теми, которые соответствуют марксистской науке об общественных формациях, и для марксиста было бы большой наивностью считать это расхождение ошибкой».

Таким образом, лаканистская лингвистическая и в конечном счете материалистически ориентированная концепция психоанализа, будучи более прогрессивной и научной в сравнении с фрейдизмом, нуждается в существенном достраивании до уровня научной дисциплины, сосуществующей в области исследования личности с марксизмом. Такое достраивание возможно путем преодоления лингвистического редукционизма Лакана, определяющего субъект в качестве продукта языка и сводящего все богатство человеческой субъективности к определению последней как «говорящего бытия», всецело зависящего от организованных символических систем.

Вместе с тем, затрудняясь определить конкретную социальную, политическую природу этих систем как языковых констелляций существующих идеологий, Лакан оставляет открытым поле марксистских и постструктуралистских семиотических исследований формальной стороны бытия общественных отношений, т. е. открывает возможность для пристального изучения указанного Энгельсом в последних письмах сложнейшего для марксизма и нерешенного им «вопроса о форме». Поэтому следует согласиться с прогнозом Н. С. Автономовой, полагающей, что наиболее перспективными фрагментами лакановского наследия для дальнейшего развития психоанализа оказываются те, которые «способны противостоять в психоанализе магии слова и магии власти», и вопрос заключается в том, чтобы эти возможности проследить в развитии смежных дисциплин и направлений.